Eller detta, om Estland och det stora nordiska kriget:
Неудивительно, что Северная война (1700-1721 гг.) расценивается как ужасное бедствие, а присоединение к России - как национальная трагедия. Эстонцы, по утверждению всех учебников, выступали на стороне шведов, служили в шведской армии и местном ополчении. «Всего в годы Северной войны в шведскую армию было взято около 15 000 эстонцев, многие из которых стали унтер-офицерами, а некоторые, находившиеся в основных королевских силах, даже дослужились до офицерских чинов. Через земские батальоны и полки прошло около 5500 эстонцев». Известен и народный герой крестьянин Стефан Раабе, который вывел в 1700 г. шведов в тыл кавалерии
Шереметева. Введенная же через сто лет императором Павлом рекрутская повинность именуется - «дань кровью». Хотя ставший русским генералом, покоритель восстания Емельяна Пугачева крестьянский сын эстонец Иван Михельсон считается национальной гордостью.
Победа Петра I «прорубила окно в Европу», но «для эстонцев же это означало восстановление крепостничества на целое столетие. К тому же Северная война обошлась Эстонии в 200 000 человеческих жизней - больше половины всего населения». - констатирует один учебник, другой предпочитает воздержаться от оценок и просто приводит как можно больше фактов и подробностей .
Готовый вывод, оценивающий победу России в Северной войне, оставляет за скобками тот факт, что демографический удар по Эстонии нанес еще довоенный «великий голод» 1695-1697 гг., а чуму, унесшую три четверти жителей городов и около половины сельского населения, принесли в Эстляндию и Лифляндию шведские войска. Петр пришел в край, обезлюдевший еще до войны от голода, уже разоренный шведскими поборами и почти добитый чумой.
Dvs att det antyds att det är missvisande att framställa det stora nordiska kriget och dess utgång som en katastrof för Estland. Landet var redan så illa åtgånget av hungersnöden 1695-97, den svenska krigsmaktens rekvisitioner och pesten. Tsaren kom helt enkelt till ett närmast öde land.
En intressant beskrivning mot bakgrund av vad man från såväl svenska som ryska källor vet om de ryska härjningarna under krigets första decennium.